«Джагатай-хан. Боевой ястреб Чогориса», главы VII-VIII

Продолжение пересказа повести «Джагатай-хан. Боевой ястреб Чогориса». Действие седьмой и восьмой главы разворачивается на Чогорисе.

ПРОЛОГ

ГЛАВА I

ГЛАВЫ II-III

ГЛАВЫ IV-VI

ЧОГОРИС, M30.898

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Есугей прибывает на Чогорис. В отличии от остальных родных миров Легионов, изменения практически не затронули эту планету. Хан запретил представителям Империума приносить дары цивилизации местным племенам и решил оставить всё как есть. Население живёт практически так, как оно жило всегда, воюя друг с другом. Только теперь это происходит под чутким взором рекрутеров Легиона. В пантеоне богов и демонов Чогориса появились kena avdagh – те, кто забирает лучшие души. При этом подобные действия считаются большой честью, и за ушедших скорее радуются, нежели скорбят о них.

— Сейчас мне стало понятно, что этот мир особо благословлён, — сказал тогда Хан Есугею. — Здесь рождаются крепкие воины, в сердцах которых нет места злобе. Здесь они обретают силу, но не гордыню. И это должно остаться неизменным.

Изменения затронули лишь горы Кум Карта (Khum Karta), где силами Механикум была воздвигнута изолированная от остального Чогориса крепость-монастырь Легиона – Кван Жоу (Quan Zhou), она же Запретная Цитадель (The Forbidden Citadel) в которую и прибывает Есугей. Там его встречает Наранбаатар, протеже и заместитель Есугея, который рассказывает о ходе подготовки рекрутов. Также он поднимает вопрос и о псайкерах, место которых в иерархии Легиона пока неопределенно. Принять окончательное решение по этому вопросу должен Джагатай-хан, который вскоре должен прибыть на Чогорис.

Есугей грустно усмехнулся:
— Если бы это было так просто. Будь мы единственным Легионом Империума, не было бы никаких споров. Но мы не одни. У Кагана есть братья и за нашим примархом постоянно присматривают с Златой Терры. Это нужно иметь ввиду.

— Есть один примарх, который зовёт себя Повелителем Смерти и чьи сыны несут страх и ужас. Грозный, как и все остальные отпрыски Трона. Я изучил его доктрины и убеждения. Некоторые из них вызвали у меня восторг, остальные – отвращение. Мне кажется, с ним не всё в порядке, но это, по большому счёту, и неважно – с нами всеми, так или иначе, не всё в порядке. Но его эффективность несомненна.
Наранбаатар внимательно слушал.
— Он полностью запретил своему Легиону использовать чары, — продолжил Есугей. — На Терре, среди обличённых властью, есть те, кто разделяет подобную точку зрения, так же как и в рядах командования Имперской Армии. Это не должно нас удивлять. Таково послание Единства.
— Но это всего лишь один Легион.
— Есть и другие. Волки Фенриса, например, хотя я так до конца и не понял, какова их позиция, ибо ходят слухи, что в их рядах есть немало одарённых легионеров. Несмотря на то, что мы стремимся избегать остальных, однажды нам всё же прийдётся сражаться вместе, плечом к плечу.

— Значит, мы с ним встретимся, с этим Повелителем Смерти?
— Вопреки нашему желанию.
— Но он важная фигура в этом всём, иначе ты бы о нём не упомянул.
— Я не знаю. Я действительно не знаю. Мы повелители бурь, но не прорицатели будущего. Никто не знает наверняка.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Через два дня, впервые спустя много лет, на Чогорис прибывает Джагатай-хан с Хасиком.

На торжественном пиру по случаю прибытия примарха перед ним сражаются два воина. Поединок проходит до первой капли крови, поэтому в нём должен одержать победу тот, кто ловче и более внимателен. Когда схватка заканчивается, Хан интересуется у Хасика из какого клана победитель, на что тот отвечает, что он терранин.

Несколько мгновений Хан выглядел удивлённым. Он уставился на воина в золотом, который отправился к ближайшему столу и на безупречном хорчине потребовал выпивку. Его внешний вид, его самообладание, то, как он сражался, – всё свидетельствовало о том, что перед ним сын Альтака.
— Как его зовут? — заинтересованно спросил Хан.
— Как только он попал к нам, его звали Лутиан (Luthian). После вступления в наши ряды его стали звать Джубал.
— Никогда бы не поверил, — покачал головой примарх.
— А помнишь тот самый первый день на Терре? — рассмеялся Хасик. — Они были словно облачённые в броню медведи. Я сказал им тогда, что ты изменишь их так, как изменил нас. И вот настало это время, они полностью изменились, Каган. Мы все теперь Белые Шрамы.

Спустя несколько дней примарх в сопровождении Хасика и Есугей отправляется на прогулку в степь.

— Мы заслужили наше место в Великом Крестовом Походе, оно теперь не подлежит сомнению. Мы завоевали всё, что нас просили завоевать, — сказал Хан. — Некоторые старые вопросы уже потеряли актуальность, но скоро появятся новые. Я говорил с Хорусом. Даже больше того, мы сражались вместе, дважды. … Ангел оказался прав. Вопреки моим ожиданиям, мы с Луперкалем оказались очень похожи. Я уважаю то, как он сражается, и вскоре нам снова предстоит биться плечом к плечу.
Примарх улыбнулся и повернулся к Хасику:
— Зеленокожие, нойон-хан, величайшие враги нашей расы.
Хасик неодобрительно нахмурился.
— Известно, что зеленокожие хорошие враги, но…
— У орков есть целые империи, — ответил Хан. — Самые большие из них даже могут соперничать с нашей. Добыча, которая вызовет радость в ваших сердцах.
Хасик неторопливо кивнул:
— Это будет честью для меня.
— В этот раз всё будет по-новому, — сказал Хан. — Лунным Волкам есть чему у нас поучиться.
— Значит, теперь наша новая стратегия заключается в том, чтобы выбраться из той скорлупы, из той самоизоляции, которую мы так долго вокруг себя возводили, — ответил Есугей.
— Мы должны думать о будущем. Об Империуме без врагов. Чем дольше я принимаю участие в Великом крестовом походе, тем больше я вижу его недостатки. Конфронтация неизбежна, и нам желательно обзавестись союзниками.
— Эти устремления мне понятны, — сказал Есугей. — Возможно, мы и сможем заинтересовать Хоруса, но я не встречался с ним и не знаю как он к этому отнесётся.
— Стоит учитывать, какое у него уже сложилось представление, — сказал Хан. — Наследие Старой Ночи. Проповеди моего брата Магнуса, от которых даже я уже устал. Они представляют немалую опасность, и об этом всё чаще говорят на Терре. Чтобы этому противостоять, мы должны показать, что есть вариант получше.
Есугей подумал немного и кивнул.
— Я не знаю, почему я так этому сопротивляюсь. Это недостойно. Твоя правда – мы не можем оставаться в изоляции.
— Моя интуиция подсказывает мне то же самое что и тебе, Таргутай, — сказал Хан. — Пусть они ссорятся и соперничают друг с другом за возможность получить благосклонность нашего Отца, мы не будем в этом участвовать. Я вижу, к чему всё идёт. Я говорил с Магнусом, с остальными, и услышал их точку зрения. Если мы останемся в стороне, то самые голосистые добьются своего и нам ни за что не позволят заниматься стихийной волшбой.
— Они не смогут нас принудить к этому, — сказал Хасик.
— Прямо сейчас не смогут, конечно, — произнёс Хан. — в данный момент они нуждаются в нас. Но что будет потом, когда всё это закончится?

ПРОДОЛЖЕНИЕ. ГЛАВЫ IХ-ХI

Leave a reply:

Your email address will not be published.

Site Footer